sergpodzoro (sergpodzoro) wrote,
sergpodzoro
sergpodzoro

Categories:

Комитет Освобождения Одессы.(«Комитет 2 мая»). Свидетельство участника событий

ОЛЕГ МУЗЫКА: «ДЕЛАЕШЬ ВДОХ – И ЛЕГКИЕ НАЧИНАЮТ «ГОРЕТЬ»

Участник «Куликова поля» и очевидец трагедии Олег Музыка рассказал в эксклюзивном интервью сайту 2may.org о том, что произошло в Одессе 2 мая, кого он потерял во время пожара в Доме профсоюзов и как в Европе относятся к украинской трагедии.
одесса 1

Прошло уже почти полгода. Но до сих пор, когда он говорит обо всем, что связано с Одессой, от боли голос начинает предательски дрожать. Не смотря на то, что Олег Музыка – взрослый, сильный мужчина, при упоминании о том страшном дне, у него на глазах появляются слезы. Может, потому что события 2 мая стали для него личной болью и трагедией.

Он стоял на Куликовом поле с самого начала. Стоял за свободу одесситов, за страну без фашизма и насилия. Как и сотни других. Олег Музыка считает, что Бог спас его и дал второй шанс, чтобы он смог рассказать миру о тех зверствах, которые творят в Украине неонацисты. Вот уже несколько месяцев мужчина ездит по Европе, устраивая пикеты под Европарламентом, организовывая фотовыставки, участвуя в заседаниях ОБСЕ. И все – с одной целью: чтобы рассказать Европе страшную правду о том, что же на самом деле произошло 2 мая.


«С ТРЕТЬЕГО ПО ПЯТЫЙ ЭТАЖ Я ПЕРЕВОРАЧИВАЛ ТРУПЫ ЛЮДЕЙ. ИСКАЛ СРЕДИ НИХ БРАТА»

Взять интервью у одесского активиста не просто – все свое время он проводит в поездках по Европе, с раннего утра и до поздней ночи участвует во встречах. О своем родном городе говорит с упоением: сразу видно, что патриот.

В Одессе Олег Музыка прожил более тридцати лет. Свой родной город называет героем, который в 40-х годах смог дать фашистам «по зубам». Уверен, что и в2014 Одесса сможет повторить свой подвиг.

– Олег, как началось Ваше утро 2 мая?

– Мы знали о том, что в городе будет футбольный матч. Нас предупреждали о том, что могут быть провокации. Поэтому я поехал на Куликово поле утром, еще и восьми не было. Видел автомобили, напичканные сотрудниками СБУ, видел множество милиционеров. К нам подошел заместитель начальника городской милиции, чтобы проверить все палатки на Куликовом поле. Искали оружие, коктейли, дубинки.Ничего не нашли.

– Что Вы делали, когда события в городе начали набирать обороты?

– Был с одесситами. Я знал, что на нас идут «евромайдановцы», «правосеки».Мне звонила жена, дочь, они все видели по телевизору и умоляли уйти оттуда. Но я не мог бросить своих братьев и уйти – ведь мы защищали свой родной город от фашистов. Мы думали, что они просто разнесут палаточный городок. Мы не думали,что нас идут убивать. Убивать всех, кто мыслит не так, как они. Эти нелюди шли с конкретной целью – «взять» Одессу, совершить акт устрашения города.

– Как Вы попали в Дом профсоюзов и как развивались события там?

– Для одесситов Дом профсоюзов стал Брестской крепостью. Укрытием,пристанищем – если хотите. Но оказалось не так. Попав внутрь здания, мы стали строить баррикаду – чтобы фашисты не прорвались и не поубивали нас. Потом входная дверь загорелась.… Кстати, нас почему-то всегда обвиняли в том, что мы сами себя подожгли. Так вот, недавно я пересматривал внимательно видео, и на одном из них видно, как молодой человек на бревне несет скат в район двери,бросает его – и после этого загорается дверь.

Евромайдановцы все же попали внутрь – разбив маршевые окна. Они начали забрасывать нас армейскими дымовыми шашками, которые делают стену дыма зелено-желтого цвета – от пола и до потолка. Было очень много дыма – я не видел людей, которые были в полуметре от меня. Конечно, началась паника. Потому что делаешь пару вдохов, и легкие начинают «гореть». Дыхание останавливается,наступает удушье. Почему погибло много людей – именно из-за паники и удушья.Люди задыхались. Есть жуткие кадры – когда молодой парень просто обнял лестницу и сидит. Задохнулся…

Я набрал в грудь воздух, насколько это было возможно, и понесся по коридору, выбил какую-то дверь. Это оказался кабинет на третьем этаже. За мной забежало еще три человека. Мы забаррикадировались, выбили окна. Это нас и спасло. Мы буквально «висели» на подоконниках дыша воздухом, который поступал с улицы. В это время нас начали обстреливать из травматического оружия и забрасывать камнями. Рядом со мной стоял дедушка – ему больше 70 лет. Ему просто часть головы снесло…

Спустя час к нам подошли пожарные. Спросили, будем ли мы входить. Нас не уговаривали и не вытаскивали – потому что и они, и мы видели, что делают с теми, кто выходит на улицу. Их просто добивали. Я четко понимал, что здесь у меня есть шанс выжить. Там – нет.


одесса 2

Когда совсем стемнело и дыма стало меньше – в здании установилась гробовая тишина. Было очень жутко. Мы прятались до последнего, потому что видели, как неонацисты водили фонариками по окнам, чтобы увидеть, остался ли кто в здании. Были какие-то шаги, хлопанье дверей. Потом я предложил ребятам выбираться. Сам же остался.

– Почему Вы до последнего оставались внутри здания?

– Мало кто знает, что я был в здании со своим младшим братом. Он никогда не приходил на Куликово поле. Но приехал, когда начались беспорядки. Я знал, что он был внутри Дома профсоюзов. Я не мог вернуться домой не найдя брата. Включил на телефоне фонарик и пошел по коридорам.

Раньше очень боялся подходить к покойникам. Но в этот день внутри все перевернулось. Я ходил по этажам и переворачивал погибших ребят. Я искал своего брата. Тогда понял, что бояться нужно живых, а не мертвых.

Так дошел до пятого этажа. Там нашел знакомую девочку – Кристину [Кристина Бежаницкая – прим. авт.] Я ее знал на протяжении двух лет – знаком с родителями, мужем. Она же младше моей дочери!

В итоге, я только 4 мая узнал, что мой брат жив. Он находился в госпитале – выпал с третьего этажа Дома профсоюзов. У него нет части руки, переломаны ребра, лопнуты тазобедренная и лобковая кости. Из-за гематомы на голове он теряет зрение и полностью зависит от медикаментов.

«ПОЧЕМУ ТЕХ, КОМУ БОГ ДАЛ ВТОРОЙ ШАНС, И КТО ОСТАЛСЯ В ЖИВЫХ, СЕЙЧАС ПРЕСЛЕДУЮТ?»

– За какие ценности Вы стояли на Куликовом поле?

– Мы стояли за будущее Украины. Никогда не было мыслей о том, чтобы разорвать, располовинить нашу страну. Хотели видеть Украину богатой и счастливой, чтобы здесь работали заводы и фабрики. Чтобы в стране не было фашизма. А сейчас как получается – мы говорим о демократии, а выходит, если ты не согласен и у тебя другая точка зрения, то тебя убивают.

– Сотрудники МВД говорят о том, что расследование трагедии – на завершающем этапе. Как считаете, будут ли наказаны истинные виновники бойни?

– Изначально только официально было задержано 116 человек. Потом часть отпустили под подписку о невыезде. Сейчас, по-моему, остаются в СИЗО 24 человека. Кто конкретно, я не знаю, но на 99% уверен, что все они – сторонники Куликова поля. Почему те, кто зафиксирован на видеокадрах – сотник Мыкола, Сергей Гуцалюк, Андрей Юсов, Марк Гордиенко – разгуливают на свободе? Ведь на видео четко видно, какие зверства они творили. Почему они не за решеткой? Они продолжают проводить идеологическую работу, выступать на митингах, почему их не считают преступниками? Конечно, мы понимаем, что все это – вторые лица. Доказать причастность к преступлению первых лиц, тех кто отдавал команды, очень сложно. Но сделать предположения можно.

Например, почему 30 апреля Андрей Парубий приехал на блок-посты Одессы и выдал «евромайдановцам», тому же сотнику Мыколе, бронежилеты? Это же звучит, как благословение.

Но я уверен, что кто-то рано или поздно ответит за все трагические события, которые произошли и в Одессе, и на Востоке.

Мы, когда показываем в Европе фотовыставки со страшными кадрами одесской трагедии, мы здесь не жалуемся. Мы называем имена и фамилии настоящих убийц. Когда их будут судить, чтобы Европа знала, за какие преступления. Будет справедливый суд и преступники получат по заслугам. А не так, как нас – 2 мая загнали в Дом профсоюзов и сожгли без суда и следствия. А те, кому Бог дал второй шанс, кто выжил – те еще были арестованы и обвинены в преступлении.

– Сейчас в прессе активно обсуждается вопрос придания Одессе особого статуса. Что думаете по этому поводу?

– Я знаю политиков, которые продвигают этот законопроект. Это и Игорь Димитриев, и Александр Васильев, и Алексей Албу. Это молодые политики, которые еще стараются сохранить мир и человеческие судьбы. Они стараются без войны сделать Одессу счастливой, выбить особый статус. Но боюсь, что Петр Порошенко на это не пойдет…. Он уже сказал об этом. Не позволит Одессе так просто оторваться и уйти от тех бизнес-структур, которые привязаны к Киеву.

– В начале сентября депутатская комиссия, которая расследовала трагедию, опубликовала свой отчет. В частности, в нем говорится, что в Украине нет возможности изучить все обстоятельства трагедии – из-за отсутствия современного оборудования у экспертов. Как считаете, кто в состоянии расследовать бойню?

– Это не нужно никому, кроме нас. Об этом говорят факты. 9 июля я был на слушаниях об одесской трагедии в Европарламенте. Из 750 депутатов на них пришло 7 – несмотря на то, что они за неделю были оповещены о предстоящем заседании. Поэтому европейских политиков не интересует то, что у нас происходит.

Мы организовали пикет под Европарламентом в Страсбурге. Мимо проезжали шикарные автомобили политиков, недалеко от нас они проводили фотосессии, встречи. И что – к нам кто-то подошел? Они видели нас, но проходили мимо. Боятся. Ведь если депутаты скажут слово в нашу защиту – то им тут же приклеят клеймо, что они – пророссийские. Не верю я, что кто-то кроме нас это может расследовать, никто не сделает это так, как мы. Было бы желание! У Киева есть все рычаги. Почему они могут расследовать то, что случилось на Майдане, а преступление против одесского народа – нет?

Самое страшное, что сейчас человеческие судьбы никого не интересуют – ни те, кто погиб в Одессе, ни те, кто гибнет в Донецкой и Луганской областях. Здесь – большая игра политиков и замешаны очень большие деньги и мировое влияние. Практически у всех есть свой бизнес, который привязан к американскому доллару. И поэтому они боятся сделать шаг влево и шаг вправо – и поют Америке дифирамбы.

Сейчас многие европейские журналисты проходят курсы обучения, повышения квалификации, основанные на американских технологиях. И я могу сказать уверено – там демократии нет.

«В ЕВРОПЕ – ЖЕСТКАЯ ЦЕНЗУРА НА ВСЕ УКРАИНСКИЕ ТРАГИЧЕСКИЕ СОБЫТИЯ»

- Если европейские политики вас упорно «не замечают», то какова цель Ваших дальнейших поездок по Европе?

Наша главная цель – создать в Европе общественное мнение. Политики и так прекрасно знают, что творится в Украине. Они все видят и слышат – просто разыгрывают спектакли. Европейские рядовые граждане – вот они обязаны отреагировать на то, что происходит в нашей стране.

И все-таки, вода камень точит. Когда три месяца назад мы устроили первую фотовыставку об одесской трагедии – никто не знал об этом, никак не реагировал. Сейчас же, нас начинают узнавать, с нами хотят встретиться и выслушать правду от очевидцев. Ведь кому, как не нам донести до людей правду о том, что случилось?

– Вы уже видите результаты своей работы?

- Да! К нам стали подходить европейские общественники, активисты, адвокаты из евросуда и предлагать свою помощь. Ведь сейчас в Одессе адвокаты боятся вести дела арестованных «куликовцев». Потому что они тоже попадают под репрессии. Им угрожают – и они отказываются. И задержанные одесситы остаются один на один с репрессивной машиной, которая идет по человеческим судьбам, не останавливаясь.

Также мы установили под Европейским судом палатки – нам дали разрешение на три месяца. Местные жители нам помогают распространять листовки, печатать фотографии. В Страсбурге у нас уже есть группа единомышленников.

Помню, как к нам подошел молодой немец – Лукас и сказал, что ему очень тяжело объяснить своим соотечественникам очевидное. Настолько велика зарубежная пропаганда.

– Европейские СМИ, на Ваш взгляд, объективно рассказывают о том, что случилось в Одессе?

– Европейские СМИ вообще не рассказывают о том, что произошло. Здесь – жесткая цензура на все трагические события, связанные с Украиной.

В 20-х числах сентября я участвовал в заседании круглого стола в Париже, где рассказывал об одесской трагедии без купюр – только факты. И где были французские газеты, телеканалы, радио? Их не было. Мне прямо сказали: «У нас цензура на все, что связано с Украиной. И если будет подниматься вопрос об Одессе, Донецке, Луганске и Новороссии, то всем журналистам запрещается об этом говорить». Они это даже не скрывают. И тогда я задал вопрос: «А где же тогда ваша хваленая демократия?» Они улыбнулись и ответили: «А где она? – Ее нет. Она распространяется совершенно на другие вещи».

– Как считаете, что стало предпосылкой для трагедий, которые постигли Украину в 2014 году – Одессу, Донецк, Луганск?

– В 2013 году Украину постиг экономический крах. В этот момент на политическую арену вышли фашистские партии. Вспомните – никто не смог предложить ничего конкретного, кроме партии «Свобода». Америка вложила в них деньги – они же даже этого не скрывают и даже официально называют сумму – 5 миллиардов долларов. Эта страна нашла политиков, которые предали государство Украина и предали свой народ, и сейчас пытаются довести страну до окончательного краха. Эти фашистские молодчики, они же не останавливаются ни перед чем. Вот это страшно.

– Каковы Ваши ближайшие планы? Куда отправитесь дальше?

– На горизонте – 2 октября. В этот день мы стараемся напомнить нашим убийцам о том, что они совершили. И по всей Европе проводим акции, мероприятия, пикеты. Во всех городах, в которых бываем, у нас остаются сторонники, которые всячески пытаются нам помочь. Поэтому, надеюсь, что снова пройдет акция в Ирландии, в Дублине, в Мадриде, Риме, Софии, Берлине, Франкфурте, Боне, Мадриде, Варшаве, Вене.

– Когда планируете вернуться на родную землю?

Вернуться я очень хочу. Но разменяться на один приезд и больше не вернуться, не помочь одесситам и не рассказать людям о том, что происходит – нельзя. Я очень хочу вернуться, но боюсь, что поездка будет только в одну сторону. И больше я тогда никакой пользы Одессе не принесу и не смогу рассказать о том, что происходит.


http://www.2may.org/intervju_s_olegom_muzykoj/

Tags: Украина
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments